Архивная выписка.
Из отчёта Нялинского детского дома c 19.10 1942 г. по 01.01.1943 г.

Нялинский детский дом им. Павлика Морозова сформирован 1 октября 1942 года и в этот же день отправлен в Ханты-Мансийский округ. Дети школьного возраста из Омского детприёмника НКВД, за исключением 18 человек из разных Ленинградских детдомов, которые были оставлены в больницах г.Омска. Всего детей было 68 человек — 23 девочек и 45 мальчиков. В Нялино приехали 19 октября. Население нас встретило с подарками, мы получили 32 подушки, 2 ведра картошки, ведро молока. Из Омска детей отправили очень плохо одетыми. Многие дети были без пальто, и ботинок, и даже без шапок.

По приезде в Самарово получили 40 пар ботинок, 40 пар чулок и в Зенковском сельпо для детского дома выделили мануфактуру на одеяла, и бязь для белья. Заказали в швейной мастерской специальные фуфайки, и к отъезду в Нялино было изготовлено 12 штук, а также получили одну смену нижнего и верхнего белья.

Из воспоминаний...

...Глубокой осенью 1941 года до ледостава к нам на поселок привезли из блокадного Ленинграда шести - восьмилетних детей. Развернули детдом, под него отдали одно из двух зданий школы.

Как готовились их встречать. Как их встречали. Так могли поступить только русские, сибирские женщины! Сами хлебнувшие в свое время горя выше головы, но не очерствели, не озлобились. Беду этих несчастных детей все жители поселка, от мала до стара, приняли как свою и как могли, разделили с ними.

Начну по порядку:
Привезли их пароходом из Тюмени. Как их высаживали на берег, не знаю, на пристани не был. И вот идет серая, бесформенная колонна в сто двадцать маленьких человечков, идет медленно, от смертельной усталости, от голода, от безысходности, от горя неизбывного, идут молча. Среди них согбенные фигурки чуть повыше, это воспитатели и сопровождающие их, с такими же отрешенными, погасшими взорами, кажется безразличны ко всему, думая, что дальше «горше ничего не будет»
Обессилевших несли на руках.

Люди кинулись к этой толпе с плачем, навзрыд, со слезами на глазах, обнимают, целуют, причитают, ослабевших берут на руки, кормят, угощают у кого что было прихвачено. Может только подростки, в том числе и я, стояли, как вкопанные, пришибленные этим страшным горем войны, а потом медленно поплелись вслед за этими горемыками, словно и мы тоже оттуда.

Cразу, здесь же, нескольких детей разобрали по домам. А остальные побрели наконец-то до своего дома. Здесь они будут жить пригретые, обласканные до конца войны...